Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Сегодня

23 февраля: Неделя мясопустная, о Страшном Суде. Мучениц дев Еннафы, Валентины и Павлы; иконы Божией Матери «Огневидная» ...

Содержание
Главная Nota Bene! Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты
Рекомендуем


Школа большой любви к людям


Игумен Марк (Быстриков)«Утверждение, что в монастырях живут люди недалёкие, угрюмые, которые постоянно плачут и бьют лбом о землю, давно устарело. Многие сегодня знают: монах — человек высокообразованный, весёлый и открытый для мира, а главное — радостный, и делится радостью с окружающими». Эта мысль окончательно прописалась в моей голове после знакомства с игуменом Марком (Быстриковым), казначеем Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, и преподавателями его воскресной школы Анной Лашиной, Александром Афанасьевым и Александром Шубиным.
 
Монастырю более 500 лет. Пережил и противостояние польско-литовскому войску, и войны, и революции, и богоборчество… Но древние традиции, бережно хранимые в обители, не были нарушены даже в самые страшные для русского монашества времена. Сохраняются они и сейчас.
 
— То, что мы впитали от наших старцев, потихоньку передаём при помощи Божией нашим послушникам, — рассказывает отец Марк. — Я считаю, что мы должны соблюдать традиции, а не расслабляться, ведь на нас все смотрят, и наше дело — молиться, и мы обязаны профессионально это дело выполнять.
 
— Да, школа старчества ощущается, — говорит преподаватель Анна Лашина. — И главная традиция школы, которую мы передаём сегодняшним воспитанникам, — большая любовь к людям.
 
— О да! Наши старцы были все любвеобильные, — улыбается батюшка.
 
Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь
 
─ Видимо, это и подтолкнуло вас прийти в монастырь? Отец Марк, расскажите, как вы ушли из мира.
 
— Когда я окончил химический факультет, то почувствовал, что устал от асфальта, захотелось на воздух. Вот и уехал из родного Воронежа работать учителем в деревню. Детишек я очень люблю, и, наверное, поэтому мы сразу стали очень дружны, вместе играли в футбол, ходили на рыбалку, на мотоцикле гоняли… У нас сложился хороший коллектив. Но когда я отработал положенный срок и стал собираться уезжать, они недоумевали, говорили: «Ну вот, Андрей Владимирович жил себе спокойненько, ни с кем здесь из девушек не общался; наверное, у вас невеста есть, раз вы уезжаете?» — «Да, у меня есть невеста, я ей верность храню, и мне надо уже идти к ней», — ответил я, после чего они меня зауважали и решили, что отпускают. Ну что я мог им ещё сказать? Тогда же нельзя было говорить, что я человек верующий и, тем более что в монастырь ухожу. Я с 15-ти лет стал посещать храм. Для меня это был великий труд. Еду в троллейбусе и смотрю по сторонам: нет ли знакомых? Страшно ведь — а если заметят? А когда заходишь в церковь, тогда спокойно вздыхаешь.
 
В 1988-м году по благословению архимандрита Алипия (сейчас он схиепископ на покое в Украине) я поступил в Псково-Печерский монастырь. Батюшка написал отцу Иоанну, что приедет молодой человек, который хочет стать монахом. Я по такому горячему сердечному стремлению, можно сказать, действительно как к любимой невесте, по юношескому максимализму пришёл в монастырь. Конечно, это был очень рискованный поступок. Бог ведь не даёт каких-то трудностей, искушений, испытаний, а даёт порыв, влюблённость. И человек или в брак вступает (потом, конечно, бывают и разводы, и всякие искушения), или идёт в монастырь. Это чистое такое безумие юношеское было. Но, как говорится, безумству храбрых поём мы песню…
 
Поначалу было сложно. Мы не разумели, что в последние времена спасаются не какими-то аскетическими подвигами, но терпением болезней и скорбей, послушанием начальству, смирением. И когда я приехал, то думал: авва Дорофей, «Невидимая брань»… Жаждал подвигов, как в ІІІ-ІV веках, но, как говорит святитель Игнатий Брянчанинов, «тех высот духа не дано нашему времени». Поэтому вначале самое сложное было от этих иллюзий избавиться и нести то послушание, которое должен был.
 
Для всех нас, иноков, примером служат афонские монахи. Там действительно жизнь духа, но афонцев нам не достигнуть, и мы обязаны нести крест служения ближним. И особенно такие монастыри, как наш… Город. Паломники. Чиновники. Генералы. Государственные деятели… И мы, «полагая душу свою», должны людям, приезжающим к нам, дать почувствовать Божественную благодать, которая имеется в каждой обители нашей Русской Православной Церкви.
 
И мы должны людям дать почувствовать Божественную благодать
 
— Отец Марк, а в чём особенность служения в наше время?
 
— Время сейчас благодатное. И пока оно такое, мы стараемся завоёвывать те сферы жизни, которые сегодня с Церковью мало ассоциируются. Ну, например, театр, песня… даже танцы, хореография. Почему мы должны это отдавать на откуп людям безбожным, вкладывающим жуткое содержание в прекрасную форму?! Это такой крест, и нам нужно его нести — крест служения людям. А как иначе? Открытость, доброжелательность, жизнерадостность… Почему мы, православные, должны быть хмурыми, занудными? Как Златоуст говорит: «Пусть иудеи, пусть язычники плачут, пусть они сокрушаются», — а мы такое имеем сокровище радости, особенно в пасхальные дни!
 
— Вы упомянули о воспитании детей. Расскажите о жизни вашей воскресной школы.
 
Игумен Марк: — После безбожного времени появилась возможность говорить слово Божие, и сразу у нас начались занятия, отцы стали проповедовать. Ну, преподаватели, думаю помогут мне рассказать о школе…
 
Анна Лашина: — Воскресная школа наша существует с 1988-го года. Сейчас у нас обучается 120 человек, шесть детских групп и одна для взрослых. Берём детей с трёх лет.
 
Игумен Марк: — Я считаю, что это очень важно, чем раньше, тем лучше.
 
Анна Лашина: — Да, вырабатывается благочестивая привычка. Они привыкают, может быть, даже многого не понимая.
 
Александр Афанасьев: — Через воцерковление детей к Богу приходят и взрослые.
 
Через воцерковление детей к Богу приходят и взрослые
 
Анна Лашина: — Мы ездим в паломничества, это ведь тоже элемент воспитания. Очень часто в таких поездках дети впервые исповедуются, причащаются.
 
Игумен Марк: — Для них это великое дело; ведь сложно в такой обстановке исповедоваться, но им соответствующий вкус прививается; и хочется верить, что они на всякую гадость не будут падки. Однако дети есть дети, даже если они выпускники воскресной школы: всё равно болеют мирскими болезнями: увлечение компьютером и телефоном, вольность в слове. Но мы надеемся, что у наших детей будут духовный иммунитет, крепкий штурвал, и они смогут вырулить среди соблазнов и искушений, и проведут корабль своей души к цели, обходя утёсы, стремнины. Конечно, были случаи, что выпускники уклонялись от пути благочестивого, но потом, через несколько лет, возвращались и быстро восстанавливались.
 
— Отец Марк, как относились старцы к детям?
 
— Все старцы наши, начиная с отцов Саввы, Симеона, Серафима, любили детишек и говорили по слову Господню: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное». Поэтому, глядя на детей, мы видим в них Ангелов. Им от Бога дан такой дар, и мы, иноки, схожи с детьми. Обет у нас: послушание, целомудрие и нестяжание. Дети целомудренны, нестяжательны (живут за счёт родителей) и слушают старших. Они иноки как бы по своей природе. И я думаю, что не надо спешить возрастать, ибо многое теряется. Но, с другой стороны, не будьте детьми умом. Во всём нужен дар рассудительности. И вот дар рассудительности у старцев наших был. Это очень ценно: рассудительность в советах, вера в Промысл Божий. Отец Иоанн детишек всегда приветит, какой-то подарочек даст… Никогда в обители не боялись принимать детей, воспитывать и проводить экскурсии.
 
— Многие воскресные школы делают праздничные концерты, ставят спектакли… Совместимы ли театр и христианство?
 
Совместимы ли театр и христианство?
 
Игумен Марк: — Сейчас этот вопрос очень актуален. Вот ты, Александр (обращается к актёру и режиссёру Александру Афанасьеву), сыграл серого волка; надо каяться, что ты сыграл отрицательный персонаж. И как нам быть? Это вопрос очень сложный, открытый для Церкви. Что можно, чего нельзя? Но интересно должно быть, увлекательно. А как?.. И в нашей церковной среде ведь есть радикальные люди, которые говорят: театр — только «стерильный», музыка — только не рок сатанинский. Я считаю: это не совсем верно. Вот прекрасная группа «Сыновья России», иеродиакон Рафаил по благословению Святейшего Патриарха выступает с патриотическими песнями. Правильно, не нужно этого бояться.
 
Александр Афанасьев: — Сейчас я сам стал инсценировки писать… по-православному. У нас были две сказки на Рождество и на Пасху, серия про медвежонка и ёжика, по мотивам известного произведения «Ёжик в тумане». И дети сыграли.
 
Анна Лашина: — В наших сценках от Рождества до Пасхи, я считаю, рост налицо. Ведь наше послушание в воскресной школе — путь нашего личного покаяния, личного воцерковления через работу с детьми. И это не самовыражение, не театр одного актёра, где я — главный, а дети меня слушают. Мы растём вместе, преодолеваем свои страсти, учимся говорить, слушать и слышать.
 
Александр Афанасьев: — Была у нас инсценировка и о новомучениках. Дети с батюшкой ездили в Бутово, Москву, по другим святыням…
 
Отец Марк — автор нескольких стихов
 
Игумен Марк: — Они увидели своими глазами, какую трагедию пережила Россия в ХХ веке. Не дай Бог, чтобы она повторилась. Вот это должно быть лейтмотивом в воспитании подрастающего поколения: кровью новомучеников Церковь жива. Нужно, чтобы детишки прониклись этим, чтобы их потом не могли сбить с правильного пути.
 
— А кто пишет стихи, музыку?
 
Анна Лашина: — Песни мы используем известные и пишем свои. У нас есть музыканты, звукорежиссёры, аранжировщики. Отец Марк — автор нескольких стихов, музыку к которым написал Александр Шубин.
 
Игумен Марк: — Детишки любят такое всё радостное, озорное. Они в храме молятся, а потом им нужно немножко переключиться. Здесь нам помогает музыка.
 
Александр Афанасьев: — Мы хотим научить детей общению, не отрицательному, которое очень часто можно встретить в сегодняшнем обществе, а через добрые сказки, песни, сценки, через ту же самую композицию «Бутово».
 
Игумен Марк: — Однако у нас не хватает людей творческих: композиторов, музыкантов… У нас же провинция, глушь.
 
Александр Шубин: — Но мы учимся. Батюшка молится, помогает с инструментами: вот синтезаторы, гитары, колонки купили.
 
Анна Лашина: — И учимся, и трудимся. В монастыре ведь (да и в миру тоже) без труда над собой жить невозможно…
 
Димитрий АРТЮХ
Фото предоставлены автором


к содержанию ↑
Рассказать друзьям: